Как кино стало возможным: техническая эволюция движущихся изображений

В фильме Ингмара Бергмана «Фанни и Александр» есть одна знаковая сцена: в сумеречном полумраке детской комнаты старший брат Александр показывает сестре движущиеся изображения, используя причудливый аппарат. Это — популярный в XIX веке волшебный фонарь — прообраз современного кинопроектора. Для юных героев эта laterna magica становится способом наслоить новые узоры на хрупкий каркас их реальности. Для самого же Бергмана, назвавшего в честь этого устройства свою автобиографию, волшебный фонарь — символ самой сути кино как иллюзии.

История кино не знает момента рождения в привычном смысле слова. У нее нет решающего события, после которого мир вдруг становится кинематографическим. Ни изобретение кинетоскопа Эдисона в 1891 году, ни первые публичные показы братьев Люмьер - не знаменуют собой четкое начало истории кинематографа. Напротив, кино возникает медленно, как результат технической эволюции, накопления опыта и первых экспериментов с проекцией последовательных изображений.

Чтобы кино стало возможным, потребовалось совпадение нескольких технических условий, каждое из которых формировалось задолго до появления кинематографа как такового. Прежде всего — это понимание того, как человеческий глаз воспринимает движение.

В XIX веке ученые пришли к выводу, что ощущение движения возникает не само по себе, а как результат быстрой смены слегка различающихся отдельных изображений. Если показывать их с достаточной частотой — примерно шестнадцать кадров в секунду, — глаз «склеивает» их в непрерывный процесс. Именно на этом принципе строились многочисленные оптические устройства того времени — фенакистископы, зоотропы и другие «игрушки», где движение не развивалось, а зацикливалось.

Иллюзия движения в этих устройствах оставалась частным опытом — изображения еще нельзя было вынести во внешнее пространство для общего просмотра. Поэтому вторым необходимым техническим условием стала проекция.

Известные с XVII века волшебные фонари, подобно тому, что Александр использует в фильме Бергмана, уже позволяли показывать изображения на стене, превращая частное зрелище в коллективное. Но их возможности были ограничены: несколько сменяющихся стеклянных слайдов не могли создать длительного и устойчивого ощущения движения. Проекция существовала, но еще не обладала временем.

Решающий поворот произошел с появлением фотографии. Именно она дала возможность быстро производить большое количество визуально правдоподобных изображений. Самая первая фотография «Вид из окна в Ле Гра» была создана Жозефом Ньепсом в 1826 году, но она требовала восьми часов экспозиции. Такое длительное время производства одного снимка не не позволяло склеить их в непрерывную череду, создающую иллюзию движения. Лишь к концу XIX века технический прогресс позволил фиксировать фотографические изображения за доли секунды.

Фотография научилась ловить время, и тем самым приблизила кино в том виде, в каком мы его знаем. Однако и этого было еще недостаточно. Стеклянные и металлические пластины, на которых фиксировались ранние фотографии, не подходили для быстрой смены кадров. Перелом произошел в конце 1880-х годов, когда американский предприниматель Джордж Истмен представил камеру Kodak, использующую прозрачную целлулоидную пленку. Изображение получило гибкую, непрерывную основу, способную проходить через механизм съемки и проекции с высокой скоростью.

Наконец, чтобы все это соединить, требовался механизм, способный управлять процессом с предельной точностью. Пленка не должна была двигаться непрерывно: каждый кадр должен был на мгновение останавливаться, чтобы быть зафиксированным или спроецированным, и тут же уступать место следующему. К счастью, подобные механизмы прерывистого движения уже существовали в других областях техники (например, в швейных машинках), и кинематографу лишь оставалось их позаимствовать.

Итак, к концу 1890-х уже существовало пять технических условий, необходимых для появления кино. Но кто их все же объединил?

Хотя разные страны до сих пор претендуют на звание родины кинематографа, кино — как и многие другие технологические инновации — не обязано своим рождением ни одной конкретной стране и ни одному отдельному изобретателю. Напротив, оно возникло как результат открытий, сделанных в совершенно разных областях и разными людьми.

Значительная часть этих открытий была связана вовсе не с созданием зрелища, а с научной исследовательской деятельностью. Многих интересовал не эффект движения, а само движение — как физический и биологический процесс.

В 1878 году к фотографу Эдварду Мейбриджу обратился его знакомый - предприниматель и бывший губернатор Калифорнии Леланд Стэнфорд. Просьба его была весьма конкретной - зафиксировать движение скачущей лошади, чтобы понять, отрываются ли в момент галопа все четыре копыта от земли одновременно. Чтобы ответить на него, Мейбридж выстроил серию камер, каждая из которых срабатывала с минимальной экспозицией в строго заданный момент.

Полученные фотографии дали положительный ответ на вопрос губернатора и впервые сделали видимым то, что ускользает от человеческого глаза. Для самого Мейбриджа эти опыты не были шагом к кинематографу. Зато его система из нескольких камер позволила провести множество дальнейших экспериментов и сделать огромный вклад в изучении анатомии.

Одновременно с Мейбриджем, но уже во Франции, работал другой физиолог — Этьен-Жюль Маре. В начале 1880-х годов он разработал «фотографическое ружье», позволяющее фиксировать последовательные фазы движения на одной вращающейся стеклянной пластине. Он продолжал совершенствовать свое изобретение, пока в 1988 году не создал камеру, работающую уже с гибкой лентой и механизмом прерывистого движения. Именно в его экспериментах соединились ключевые принципы будущего кино — кадр, последовательность и управление временем.

Эксперименты Мейбриджа и Маре показали, что движение можно разобрать на части, зафиксировать и собрать заново. Но самих ученых по прежнему интересовало не зрелище, а знание. Чтобы кино стало массовым опытом, требовался иной тип мышления — инженерный и предпринимательский. Именно с ним в историю движущихся изображений и вошел Томас Эдисон.

К концу 1880-х годов он уже был одним из самых известных изобретателей своего времени и прекрасно понимал: технология имеет смысл лишь тогда, когда она может быть встроена в устойчивую систему производства и потребления. Вместе со своим ассистентом Уильямом Диксоном они начали экспериментировать с рулонной пленкой компании Eastman Kodak, и к 1891 году представили публике два новых устройства: камеру Кинетограф и смотровой прибор Кинетоскоп. Диксон разрезал листы пленки на полоски шириной в 1 дюйм (примерно 35 миллиметров) и склеил их встык. По краям каждого кадра он пробил по четыре отверстия, чтобы зубчатые шестеренки могли протягивать пленку через камеру и Кинетоскоп.

Кинетоскоп был революционным устройством, но все еще не предполагавшим проекции. Зритель заглядывал внутрь аппарата и наблюдал за движением картинок в одиночку. Будучи предпринимателем, Эдисон успешно продвигал свое изобретение и в 1894 году открыл первый зал Кинетоскопов, где за несколько центов зрители могли по очереди смотреть короткие фильмы, каждый — в своем аппарате. Вскоре такие залы появились по всей территории США и за рубежом, а чтобы снабжать их фильмами Эдисон построил в своей лаборатории небольшую студию под названием «Black Maria». В большинстве фильмов снимались известные спортсмены, демонстрировались отрывки из популярных водевилей или выступления танцоров и акробатов.

Около двух лет Кинетоскоп приносил огромную прибыль, но вскоре оказался в тени: другие изобретатели, вдохновленные устройством Эдисона, нашли способы проецировать фильмы на большой экран.

Еще за два месяца до показа братьев Люмьер в Гранд Кафе в большом варьете в Берлине братья Складановские представили 15-минутную кино-программу. Они проецировали фильмы для публики с помощью своего Биоскопа, в котором использовали две полоски кинопленки шириной 3,5 дюйма каждая. Биоскоп позволял успешно показывать фильмы, но был слишком громоздким.

В это время во Франции, братья Луи и Огуст Люмьер, изобрели проекционную систему, которая помогла превратить кино в коммерчески жизнеспособное предприятие. Их семейная компания Lumière Frères была крупнейшим европейским производителем фотопластинок. В 1894 году местный владелец кинетоскопа обратился к ним с просьбой создать короткометражные фильмы, которые стоили бы дешевле, чем те, что продавал Эдисон.

Вскоре они сконструировали элегантную маленькую камеру — Синематограф, в которой использовалась 35-мм пленка и прерывистый механизм, созданный по образцу швейной машинки. Камера могла служить копировальным аппаратом при изготовлении позитивов, а при установке перед Волшебным фонарем становилась частью проектора.

Тогда же Люмьер приняли решение съемки со скоростью 16 кадров в секунду, в отличие от 46 кадров, которые использовал Эдисон. Скорость 16 кадров в секунду стала общепринятым стандартом примерно на двадцать лет.

Первый фильм, снятый с помощью системы братьев Люмьер - «Выход рабочих с фабрики». Он был публично показан в Париже 22 марта 1895 года на заседании Общества содействия развитию национальной промышленности.

И наконец, 28 декабря 1895 года произошло одно из самых знаменитых событий в истории кино. В Парижском «Гранд-кафе» состоялся первый в истории публичный платный киносеанс. Люмьер показали 25-минутную программу из десяти коротких фильмов, среди которых знаменитые «Завтрак младенца» и «Политый поливальщик».

С этого момента кино окончательно перестало быть набором разрозненных технических опытов и стало повторяемым событием и коллективным зрелищем, которому предстоит очень богатая история.